Танцоры-мужчины демонстрировали потрясающие акробатические трюки, невероятные прыжки и сальто, словно паря в воздухе. Будучи преданным поклонником, Лю следил за их карьерой на протяжении многих лет, узнавая, кто и в какой год становился ведущим танцором и какие роли им доставались.
«Мне это очень нравилось. Я просто думал, что они выглядят потрясающе», — сказал Лю изданию The Epoch Times.
Он твёрдо решил воплотить эту мечту в жизнь, но его мать, Гао Вэйвэй, опасалась, что это может оказаться лишь мечтой. В Китае даже обладание DVD-дисками с выступлениями Shen Yun, которые Лю смотрел снова и снова, по мнению Коммунистической партии Китая, являлось основанием для ареста.
Китайские власти постоянно следили за семьёй Гао, пытаясь заставить её замолчать, не рассказывать о смерти его сестры от рук компартии.
В 2004 году фотографии лица Гао Жунжун, изуродованного электрошокером, получили международное распространение, разоблачив систему, включающую трудовые лагеря и систематические пытки, вплоть до смерти, и она стала одним из самых известных в мире символов преследований. Она умерла в июне 2005 года.
Жить в истине
Фалуньгун, или Фалунь Дафа, — это духовная практика, которая учит жить по трём принципам: Истине, Доброте и Терпению. После того как она была представлена общественности в Китае в 1992 году, она быстро распространилась из уст в уста, поскольку практикующие рассказывали о колоссальной пользе для ума, тела и духа. Мать Вэйвэй Гао испытала это на себе и познакомила с практикой двух её сестёр, которые затем позвонили Гао, работавшей в то время в Японии, чтобы рассказать ей о том, какая замечательная эта практика.
Семья Гао рассказала изданию The Epoch Times, что Жунжун была самым младшим ребёнком в семье и любимицей. Повзрослев, она сохранила свой добрый и любящий характер, её любили в школе изящных искусств, где она работала. Многие ученики начали практиковать Фалуньгун после того, как узнали о нём от неё, поэтому она была хорошо известна и пользовалась большим уважением в своём сообществе.
Это сделало её мишенью, когда в 1999 году компартия опорочила и запретила Фалуньгун и начала жестокие преследования его последователей.
Будучи последователями Фалуньгун, семья Гао верила в жизнь по принципам истины, доброты и терпения. Это означало говорить правду о Фалуньгун в условиях безжалостной пропагандистской кампании, направленной на обман китайского народа с помощью клеветы. Члены семьи обращались к властям с петициями, протестовали, распространяли информацию о Фалуньгун и из-за этого в первые годы преследования несколько раз подвергались арестам. Но больше всех пострадала Жунжун, считавшаяся властями важной мишенью в «секретном деле № 26», её замучили до смерти.
Незаконно заключённая в трудовой лагерь «Луншань», она подвергалась систематическим пыткам, а в 2004 году попыталась сбежать, выпрыгнув из окна. Фотографии её полностью обезображенного лица — изуродованного и обгоревшего дочерна от многократных ударов электрошокером, были распространены по всему миру. Китайские власти возобновили попытки заставить её замолчать с удвоенной силой, и после её поимки отправили в трудовой лагерь «Масаньцзя». Гао рассказала, что, даже когда её сестру перевели в тюремную больницу, ей отказали в медицинской помощи.
После смерти Жунжун власти пытались оказать давление на членов семьи, чтобы те подписали документ, подтверждающий, что решение о кремации было принято семьёй. Гао считает, что это была попытка властей избежать ответственности за зверские пытки.
Гао и её маленький сын находились в бегах и скрывались в течение четырёх-пяти месяцев. Их задержали в одном городе и посадили в тюремную камеру, но в ту же ночь освободили. Гао рассказала, что слышала, как начальник полиции говорил, что не хочет вмешиваться в дело, связанное с Фалуньгун.
Несмотря на годы террора и запугивания, Гао не поколебалась в своей вере и никогда не переставала пытаться рассказывать правду о Фалуньгун и преследованиях. На вопрос, почему она пошла на такие крайние меры, она ответила, что считает своим долгом жить в истине.
Она объяснила классному руководителю и директору школы, что, поскольку семья следует принципам Фалуньгун, Лю не будет вступать в организацию «Юные пионеры», и они поняли и приняли с уважением это решение. Это означало проявлять вежливость даже к полицейским, дежурившим у её дома во время крупных событий в стране, таких как Олимпийские игры 2008 года в Пекине, чтобы помешать ей говорить с международными СМИ о смерти сестры. Когда она пошла рассказать им правду о Фалуньгун, она обнаружила, что полицейские даже не знают, почему им велели следить за ней. Она продолжала распространять информацию о Фалуньгун, раздавая листовки или развешивая плакаты.
Лю вырос, видя, насколько важно жить по принципам: Истина, Доброта и Терпение.
На сцене
В 2013 году Лю решил подать заявку в Академию искусств Fei Tian в США, связанную с Shen Yun. Используя устройства, созданные практикующими Фалуньгун за рубежом для обхода «Великого файрвола» компартии, он отправил свою заявку онлайн.
Лю не сомневался, что это было его предназначение. Гао сказала, что, вопреки её ожиданиям, процесс подачи заявки и получения необходимых документов прошёл совершенно гладко, и в конце концов вся семья иммигрировала в США.
Первый год для Лю прошёл как в тумане, поскольку он только начал обучение классическому китайскому танцу и искал своё место в этом новом мире. Но когда он начал гастролировать с Shen Yun, он ясно осознал:
«О, я делаю что-то действительно особенное».
«Моё первое выступление произвело на меня глубокое впечатление, когда я впервые вышел на сцену и увидел эту огромную аудиторию. Я был взволнован. Нервничал. Я не знал, что и думать. Я никогда ничего подобного не испытывал», — сказал Лю.
«Последнее десятилетие было непрерывным процессом совершенствования, — сказал он, — и каждый шаг на пути к художественному и личностному росту был бесценен».
«Постепенно, с тех пор как я пришёл в Fei Tian, а затем присоединился к Shen Yun, я смог понять более глубокий смысл классического китайского танца, его неразрывную связь с традициями, — сказал Лю. — Это не просто движения, а выражение вашего внутреннего я и вашей культуры».
Представления Shen Yun состоят из небольших танцевальных номеров-сценок, некоторые из них показывают, как последователи Фалуньгун сохраняют веру в Китае, несмотря на репрессии. Лю также участвует в этих постановках, и он говорит, что, исполняя эти роли, он рассказывает не только историю своей семьи, но и истории бесчисленных последователей Фалуньгун, которые пережили подобное тому, что показано на сцене.
«Я надеюсь, что через эти отдельные истории я смогу показать миру, что переживают все семьи, которые по-прежнему подвергаются преследованиям в Китае», — сказал Лю.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
