Китай стал незаменимой опорой для российской экономики в условиях боевых действий, однако чрезмерная привязка Москвы к Пекину способна превратиться в стратегическую уязвимость на фоне стремления Владимира Путина к переговорам с Вашингтоном по Украине и снятию западных санкций. К такому выводу пришли два тайваньских эксперта по внешней политике.
Столкновение интересов оказалось в центре внимания на саммите в Шэньчжэне 19 ноября. Для проведения трёхсторонних переговоров Путин присоединился к президенту США Дональду Трампу и председателю КНР Си Цзиньпину .
Кроме того, российский лидер провёл с Трампом отдельную встречу, посвящённую боевым действиям на Украине. Примечательно, что в итоговом совместном заявлении трёх держав украинский конфликт не упоминался.
Как пояснил доцент кафедры дипломатии и международных отношений тайваньского Университета Тамкан Чин-мо Чэн, экономическая помощь Пекина позволяла России продолжать боевые действия, но прекращение конфликта требует совершенно иных дипломатических инструментов.
«Китай способен помочь России затягивать борьбу, однако для завершения войны потребуются усилия Соединённых Штатов и Европы», — подчеркнул Чэн в комментарии изданию «The Epoch Times» 20 ноября.
Зависимость России от Китая
По словам Чэна, закупки Китаем российской нефти и других энергоносителей с дисконтом обеспечили Москве значительный приток средств. Причём поставки промышленного оборудования и товаров двойного назначения помогли поддерживать работу российского оборонно-промышленного комплекса. Расширение экономической и технологической поддержки Москвы со стороны Пекина было зафиксировано и в августовском докладе Комиссии по обзору экономики и безопасности США и Китая.
Тем не менее политолог уверен: в одиночку Пекин не сможет обеспечить Москве те результаты на украинском направлении, на которые она рассчитывает. Переговоры о прекращении огня, гарантиях безопасности для Украины, безопасности общеевропейской архитектуре, санкционном режиме и замороженных российских активах невозможны без прямого участия США и европейских правительств. При этом у самого Китая есть веские причины избегать более глубокого втягивания в конфликт из-за собственной зависимости от американского и европейского рынков сбыта.
Исполнительный директор тайваньского аналитического центра «Ассоциация вдохновения» (Taiwan Inspiration Association) Чжун-вэй Лай охарактеризовал российско-китайские отношения как «асимметричную взаимозависимость». В беседе с The Epoch Times он отметил, что сотрудничество приносит выгоду обеим сторонам. Однако Россия зависит от Китая куда сильнее, поскольку западные санкции резко сузили её экономические альтернативы.
По оценке Лая, Москва рассчитывает добиться на Украине такого исхода, который в перспективе позволит ей нормализовать дипломатические и торговые связи с Западом. Подобный сценарий снизил бы привязку России к Пекину. Эксперт также предположил, что сейчас Китай извлекает максимум выгоды из своего влияния на Москву, тогда как смягчение западных санкций способно лишить его этого рычага.
Партнёры с расходящимися интересами
Хотя Пекин и Москва едины в стремлении противодействовать влиянию США, их геополитические приоритеты не совпадают, указывает Лай. Главные вызовы безопасности для России по-прежнему сосредоточены в Европе и на Украине, в то время как Пекин сфокусирован на расширении своего влияния в Индо-Тихоокеанском регионе.
По мнению эксперта, даже несмотря на тесные личные контакты между Си Цзиньпином и Путиным, в их стратегическом партнёрстве заложены элементы скрытой конкуренции.
Чэн назвал ещё одну потенциальную точку напряжённости — Центральную Азию.
Исторически Россия обладала доминирующим влиянием на постсоветском пространстве, однако в последние годы экономическое и дипломатическое присутствие Китая в регионе заметно выросло. Аналитик считает, что попытки Пекина выторговать у Москвы дополнительные уступки после окончания войны на Украине станут одним из ключевых процессов, за которыми стоит внимательно следить.
Несмотря на противоречия, обе страны продолжают демонстративно укреплять связи.
В ходе двусторонней встречи в Шэньчжэне 18 ноября Си Цзиньпин и Путин вновь подтвердили курс на стратегическую координацию.
Разные задачи на саммите в Шэньчжэне
Наблюдатели также обратили внимание на протокольные детали саммита в Шэньчжэне.
Дональда Трампа в аэропорту лично встречал Си Цзиньпин, тогда как Владимира Путина приветствовал высокопоставленный представитель Компартии Китая Цай Ци. Чэн предостерёг от трактовки этого жеста как дипломатического пренебрежения по отношению к российскому лидеру, напомнив о высоком партийном статусе Цая и о том, что после завершения саммита Си Цзиньпин лично проводил Путина.
Лай же акцентировал внимание на политическом расчёте Пекина.
Китай стремится закрепить за собой статус великой державы наравне с Вашингтоном, одновременно удерживая рычаги влияния на Москву. Впрочем, по мнению аналитиков, само появление Путина в одном ряду с лидерами США и КНР помогло укрепить международные позиции России.
По словам Чэна, у Трампа на переговорах был свой приоритет — вовлечь Китай в диалог о контроле над ядерными вооружениями, тогда как Пекин добивался смягчения американских пошлин и снятия ограничений на доступ к передовым технологиям. В итоге в декларацию саммита из четырёх пунктов вошёл общий призыв к диалогу для снижения ядерных рисков, но конкретных договорённостей о сокращении арсеналов стороны не достигли.
Как резюмировал Лай, встреча в Шэньчжэне позволила державам задать рамки для управления конкуренцией, но не устранила их фундаментальных стратегических разногласий. Он также предупредил, что диалог трёх крупнейших держав вовсе не гарантирует снижения рисков для безопасности Тайваня, на который Пекин продолжает оказывать военное и политическое давление.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times в Telegram







































