Тем временем Корея подвергалась вторжениям киданей, чжурчжэней и монголов, однако династия Корё сохраняла стабильность, развивая утончённую придворную культуру, как и в Европе.
Во всех этих регионах прослеживались художественные параллели. Европейские соборы, такие как собор в Бове, и корейские храмы, например, Десятиэтажная каменная пагода Кёнчхонса, строились, чтобы вызывать благоговейный трепет и вдохновлять.
Европейские иллюминированные рукописи сияли золотом и замысловатыми деталями, перекликаясь с точностью и блеском рукописных буддийских манускриптов сутр династии Корё. В различных видах искусства — керамике, архитектуре и живописи — отражались мастерство, преданность делу и поддержка богатых меценатов.
Эти сходства возникли не в результате прямых контактов, а благодаря общим условиям. Королевские дворы и религиозные учреждения поддерживали амбициозные проекты, а христианство в Европе и буддизм в Корее определяли формы и цели искусства. Находясь за тысячи километров друг от друга, мастера стремились к созданию совершенной красоты, наполненной смыслом, оставив после себя произведения керамики, архитектуры и рукописи, которые продолжают рассказывать о своём времени. В частности, производство керамики демонстрирует, как культура, технологии и эстетические вкусы формировали среду и предметы, которые были одновременно и практичными, и изысканными.
Создавая красоту: керамика в Корее и Европе
Корейская керамика достигла своего расцвета с появлением селадона (селадон — это тип древней китайской и корейской керамики с глазурью нежно-зелёного, голубоватого или серого цвета, имитирующей нефрит) династии Корё —высокотемпературной каменной керамики с нефритово-зелёной глазурью, называемой «чхонча». Эти изделия принимали самые разные формы: от чаш и чашек до кувшинов, предназначенных для хранения напитков. Селадон династии Корё легко узнать по его прозрачной зелёной поверхности.
В декорировании использовались такие техники, как резьба, штамповка и знаменитый метод инкрустации, называемый «сангам», при котором узоры вырезались на глине и заполнялись контрастными ангобами (тонкий слой сырой белой или цветной глины, который наносят на поверхность керамического изделия до его обжига) перед нанесением глазури. Во всех этих произведениях отражалось стремление корейцев к гармонии, утончённости и техническому мастерству.
В Европе классическая керамика сочетала в себе практичность и художественную выразительность. Ранние изделия часто были неглазурованными, хотя со временем глазурование получило широкое распространение. Кувшины, кружки и блюда приобретали всевозможные формы и часто украшались лепными или штампованными узорами. Региональные стили значительно различались: французские мастерские предпочитали сдержанный декор, в то время как немецкие производили прочную фаянсовую керамику, подходящую для повседневного использования.
На фоне этого разнообразия итальянская майолика приобрела популярность в конце XV века. Эта оловянно-глазурованная керамика, вдохновлённая стилем испанской люстровой керамики, известна своей непрозрачной белой глазурью, часто расписанной зелёным, фиолетовым, а позднее и кобальтово-синим цветом. Высоко ценимая для декоративных целей, религиозных ритуалов и трапез высшего общества, майолика быстро распространилась по Европе и стала важным предметом торговли.
В совокупности эти традиции показывают, как разные общества балансировали между практичностью, художественностью и культурными традициями.
Стремление к божественному: пагоды и готические соборы
Корейская и европейская архитектура демонстрируют два высокоразвитых, но контрастных подхода к сакральному пространству. В Корее пагоды — многоярусные башни для буддийского поклонения и хранения реликвий — эволюционировали от простых деревянных прототипов до искусно высеченных каменных сооружений. Ранние корейские пагоды сохранили трёхъярусную простоту периода Силла (668–935), но со временем строители стали экспериментировать с многоугольными и цилиндрическими формами, часто украшенными сложными рельефами с изображениями Будд, Бодхисаттв и божеств-хранителей.
К концу периода Корё стали возводиться более высокие и сложные сооружения, такие как десятиэтажная мраморная пагода храма Кёнчхонса. Её нижние ярусы отражали тибетско-монгольские буддийские формы в виде квадрата и креста, в то время как верхние ярусы следовали традиционной прямоугольной конструкции корейских каменных пагод, что привело к своеобразному сочетанию местных и заимствованных элементов.
Готическая архитектура зародилась во Франции в XII веке и быстро распространилась по всей Европе, изменив представления о зданиях и их восприятие. Её характерные элементы — остроконечные арки, ребристые своды и аркбутаны — позволяли сооружениям устремляться ввысь, при этом в них можно было устанавливать огромные окна, наполнявшие интерьеры ярким светом. Соборы направляли взгляд вверх через многочисленные ярусы к сводчатым потолкам, создавая ощущение вертикального движения, поднимающего дух.
Собор в Бове является ярким примером смелых крайностей этого стремления. Своды его хора XIII века возвышаются на поразительную высоту в 46,7 метра, что делает его самым высоким среди всех готических соборов. В период с 1569 по 1573 год его башня достигла 153 метров, ненадолго сделав собор в Бове самым высоким рукотворным сооружением в мире. Его создатели раздвинули границы инженерного дела и искусства, создав собор, который, кажется, бросает вызов гравитации и стремится к божественному.
Обе традиции объединяли архитектуру с другими видами искусства. Корейские пагоды включали скульптурные рельефы непосредственно в конструкцию, в то время как готические соборы объединяли архитектуру, скульптуру и витражи в единую композицию. Однако их руководящие принципы различались. Корейская архитектура ценила баланс, изысканность и гармоничные пропорции, тогда как готическая архитектура олицетворяла собой расширение как пространства, так и духа, стремясь к свету, высоте и трансцендентности.
Озарённые миры: сияющие рукописи
Рукописи в Корее и Европе демонстрируют две богатые, но совершенно разные традиции. В Корее сутры были тесно связаны с буддийскими ритуалами и государственной поддержкой, тогда как в Европе рукописи возникли из христианского богослужения, духовного образования и вкусов аристократии.
Культура рукописного искусства в Корее процветала наряду с развитием книгопечатания и каллиграфии. Грандиозная Корейская Трипитака, завершённая в 1251 году, демонстрирует как техническое мастерство, так и духовную преданность. Для сохранения полного буддийского канона было вырезано более 80 тыс. деревянных блоков, что сделало этот сборник одним из самых уникальных собраний священных текстов в мире. Иллюминированные сутры оставались предметами роскоши, заказываемыми королевскими дворами, аристократическими семьями и высокопоставленными монахами для молитв, защиты, обеспечения стабильности династии и получения духовных заслуг. Корейская тутовая бумага, часто окрашенная в насыщенные оттенки, такие как индиго, пурпурный или охра, служила яркой основой для золотых и серебряных чернил. Писари и художники тесно сотрудничали, чтобы создать сложные драпировки, цветочные мотивы и тонко прорисованные священные фигуры. Многие из них были выполнены в формате гармошки, что позволяло зрителям воспринимать сцены как единое целое.
иллюминированные рукописи оживляли истории, сочетая текст и изображение в тщательно продуманных композициях страниц. В них переплетались фантастическое и повседневное: изображались мифические существа, жизнь аристократии и священные сюжеты, а сусальное золото придавало им сияющий блеск. «Псалтирь королевы Марии», роскошный образец такого искусства, содержит сотни миниатюрных придворных сцен, переплетённых с драматическими библейскими сюжетами. Находясь в собственности нескольких английских монархов, включая королеву Марию I, он сохранился до наших дней как яркое свидетельство мастерства художников и культурного престижа средневековой Англии.
Обе традиции отражают синтез художественного мастерства и преданности: рукописи создавались в результате сотрудничества меценатов, писцов и художников, и каждая деталь была призвана передать смысл и духовную силу. Однако их цели различались: корейские сутры стремились вызвать в воображении зрителя образ безмятежного, трансцендентного мира, в то время как европейские рукописи привлекали читателей богатыми повествованиями и разнообразными образами, делая священные истории более понятными и доступными.
В Европе и в Корее классическое искусство отражает общую приверженность к божественному. Готические соборы и корейские храмы вызывают благоговейный трепет, рукописи сияют золотом, а керамика воплощает в себе и функциональность, и красоту. Каждое произведение той эпохи было вдохновлено верой и культурными идеалами, демонстрируя, как художественное видение может находить отклик во времени и пространстве.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
