Именно телефонный звонок принёс известие о смерти его отца в 2009 году от почечной недостаточности, вызванной многолетними пытками во время заключения в китайской тюрьме за его веру.
В июле 2022 года Вану по телефону сообщили об аресте его матери. В начале этого месяца он узнал, что она была приговорена к четырём годам лишения свободы — по той же причине, по которой был заключён его отец.
Вану больно думать о том, что нить, которая связывает его с близкими людьми, такая хрупкая.
«В моей семье я всегда всё узнаю последним», — сказал Ван в интервью изданию The Epoch Times.
Ван, 36-летний профессиональный танцор и гражданин США, родился в Шаояне, центральный Китай, городе, который он называл своим домом первые два с лишним десятилетия своей жизни. Но теперь у него нет возможности вернуться назад, несмотря на сильную тревогу за семью.
Как и его родители, Ван практикует Фалуньгун, духовную дисциплину, которая жестоко подавляется Коммунистической партией Китая уже более двух десятилетий.
Эта практика, включающая медитативные упражнения и глубокое нравственное учение, основанное на истине, доброте, терпении, быстро распространилась в Китае в 1990-х годах, и к 1999 году число её практикующих составило от 70 до 100 млн. Коммунистическая партия восприняла эту популярность как угрозу своей авторитарной власти.
С 1999 года последователи этой практики стали объектом жестокой кампании по искоренению со стороны компартии Китая, в ходе которой были убиты, заключены в тюрьму или порабощены сотни тысяч последователей, таких как отец Вана, а остальные постоянно находятся под угрозой преследования.
Пятнадцать лет назад, когда Ван уезжал в Нью-Йорк, его мать, Лю Айхуа, провожала его до аэропорта.
«Береги себя», — сказала она на прощание.
К тому времени Ван уже 12 лет занимался классическим китайским танцем. Стремясь поднять своё мастерство на новый уровень, он отправился за границу, чтобы присоединиться к Shen Yun Performing Arts, нью-йоркской компании, стремящейся возродить 5000-летнюю традиционную культуру Китая, уничтоженную при коммунистическом правлении.
Семья изменилась
Оба родителя Вана, у которых есть три старшие дочери, были учителями средней школы. Но решение иметь больше детей, чем разрешалось компартией в соответствии с отменённой сейчас политикой одного ребёнка, стоило родителям Вана работы и вынудило их открыть малый бизнес, чтобы зарабатывать на жизнь. При этом оба страдали от различных проблем со здоровьем.
Ван считает, что практика Фалуньгун принесла гармонию в его семью. Диабет и высокое артериальное давление отца и проблемы с сердцем у матери прошли после того, как они начали практиковать в 1996 году.
Если Ван провинился, родители теперь говорили с ним разумно и выслушивали его точку зрения, а не били его, как раньше.
Однако начавшееся в 1999 году масштабное и жестокое преследование разрушило их мирную семейную жизнь.
В 2003 году, через пять месяцев после четвёртого срока заключения отца Вана, очень похудел, у него снова развился диабет и почечная недостаточность.
«Если этого человека не освободить сегодня, завтра он будет мёртвым», — предупредил охранников тюремный врач, согласно отчёту Minghui, американского сайта, который документирует преследование Фалуньгун.
Опасаясь, что их привлекут к ответственности за его смерть, охранники освободили его.
К тому времени, когда Ван покинул Китай в 2008 году, здоровье его отца ухудшилось настолько, что он принимал болеутоляющие средства, чтобы заснуть. Ван вспоминал, что во время школьных каникул в Китае он часто делал массаж отцу, чтобы облегчить его страдания.
В тот роковой ноябрьский день 2009 года Ван позвонил домой, надеясь услышать знакомый голос отца, чья мягкая критика и поддержка помогли ему выбрать правильное направление в жизни.
Вместо этого трубку взяла его мать и сообщила, что отец умер от почечной недостаточности.
Ван спрятался в шкафу и проплакал больше часа, чувствуя себя так, будто «небо упало на землю».
«То, что я видел только по телевизору, внезапно произошло со мной, и вдруг опора в моей жизни исчезла», — сказал он.
До отъезда его танцевальной труппы в мировое турне оставался месяц. Ван занимался пробежками, тренировками, много репетировал, пытаясь избавиться от душевной боли.
Тем не менее поздно ночью горе возвращалось, и всё, что он мог сделать, это «вернуться в свою комнату, завернуться в одеяло и проглотить горе, кусочек за кусочком».
Это чувство беспомощности мучает его и сейчас.
«У меня есть дом, в который я не могу вернуться», — сказал он, имея в виду высокий риск преследования в Китае.
«Даже когда умер мой отец, я не мог увидеть его в последний раз».
Теперь, спустя годы, власти преследуют его мать.
«Это не имеет никакого смысла»
До вынесения последнего приговора 69-летняя Лю уже подверглась 11 арестам и провела около восьми лет в различных местах заключения.
По словам родственников, однажды полиция арестовала её в больнице, где она ухаживала за своей дочерью, которая была без сознания после родов. Во время другого ареста Лю держали в тёмной, сырой комнате 17 месяцев и заставляли изготавливать пластмассовые цветы, которые впоследствии продавались с большой прибылью. Многочасовое сидение на низком табурете привело к тому, что нижняя часть её тела распухла, там образовались гнойные язвы.
В приговоре, вынесенном 1 марта, в качестве доказательства правонарушения было указано распространение Лю информационных материалов Фалуньгун и обсуждение этой практики с местными жителями. Её также оштрафовали на ¥10 тыс. ($1500) — огромная сумма для человека, живущего на сбережения.
Семья не видела Лю с момента её ареста в июле 2022 года и почти ничего не знает о том, как она себя чувствует. В течение нескольких месяцев власти отклоняли их просьбы о свидании, ссылаясь на строгие протоколы Пекина в отношении COVID-19.
Сейчас Лю находится в следственном изоляторе № 4 города Чанша. Она обжалует свой приговор, а сын инициировал петицию на сайте Change.org в надежде привлечь больше внимания к её судьбе.
Кожа да кости
Ван никогда не был непосредственным свидетелем многочисленных обысков и арестов, которым подвергалась его семья. С 12 лет он учился в школе-интернате, и родители почти ничего не рассказывали о своих страданиях ему и его сёстрам, чтобы дать им возможность сосредоточиться на учёбе.
Но всё же родители Вана не смогли полностью оградить детей от леденящей душу реальности.
Во время новогодних праздников 2002 года, когда семьи воссоединяются, оба родителя Вана находились в заключении, а четверо детей остались дома одни и должны были сами заботиться о себе. В то время Вану было 14 лет.
«Я впервые почувствовал, что наша семья разъединена», — говорит он.
Позже в том же году Ван и его сёстры навестили отца в тюрьме. Ван принёс ему тёплую одежду и домашнюю консервированную ветчину.
Охранники не разрешали заключённым разговаривать с посетителями. Через стеклянную панель Ван с тревогой наблюдал, как его отец пишет на доске сообщение. Мальчик был потрясён тем, как быстро тюремная жизнь превратила его отца среднего телосложения в «кожу и кости».
«Мне удалось только сообщить ему, что я здоров, и какие награды получил на танцевальных конкурсах», — сказал Ван.
Миллионы других
Когда Ван жил в Китае, ему было трудно общаться со своими сверстниками, он не мог объяснить, почему его родителей неоднократно сажали в тюрьму, хотя они не совершали никаких преступлений. В условиях подавления он не мог открыто говорить о Фалуньгун или о преследовании родителей, опасаясь, что сам станет мишенью.
Ван нашёл выход своим эмоциям, танцуя в труппе Shen Yun.
Во время гастролей труппы в 2010 году Ван исполнял роль отца девушки, которую избили до смерти за отказ отречься от Фалуньгун.
В спектакле он держит дочь на руках и гладит её голову, и эта сцена напомнила Вану о том, как его отец носил его на плечах, когда он был маленьким.
«Это было такое блаженство, такое чувство безопасности», — сказал Ван.
Живя в свободной стране, Ван пообещал донести голоса тех, кто не может говорить за себя в коммунистическом Китае.
«Речь идёт не только о моей семье, — сказал он. — Миллионы других семей сталкиваются с подобной ситуацией или даже хуже».
В ожидании телефонных звонков из Китая Ван находит утешение в том, что его мать не сдаётся.
«По крайней мере, она стоит за свою веру и делает то, что считает правильным».
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
