Рыцарские идеалы повлияли на социальное поведение отцов-основателей Америки и помогли сформировать образ викторианского джентльмена. Даже сегодня рыцарь преследует нашу постмодернистскую чувствительность, как призрак в нашу эпоху алгоритмов, который по-прежнему способен призывать юношей и мужчин под своё знамя.
Что же представлял собой кодекс рыцарства и каково его значение для мужчин? Рассмотрим одного из величайших рыцарей Средневековья, англичанина Уильяма Маршала (1146–1219).
Становление
Поскольку Уильям был младшим сыном в семье, у него не было никаких надежд на наследство от отца, мелкого дворянина. Проведя бурное детство на фоне потрясений в Англии, в раннем подростковом возрасте его отправили в Нормандию, в дом одного из родственников для обучения рыцарскому мастерству. Там он проявил себя в верховой езде и искусстве единоборств, одновременно осваивая манеры и правила приличия, присущие его сословию.
Посвящённый в рыцари примерно в 20 лет, Уильям провёл многие годы, участвуя в битвах и стычках, а также в турнирах. Эти состязания тогда ещё не превратились в упорядоченные зрелища, которые мы видим в фильмах, где два конных рыцаря сражаются друг с другом на копьях. Они представляли собой драки, дикие столкновения, в которых сражались разные команды, и переломы конечностей и выбитые зубы были обычным явлением. И на войне, и на турнирах победители получали деньги, беря противников в плен для выкупа, а не убивая их. В этом Уильям преуспел больше других. Он сколотил своё первое состояние и снискал значительную славу благодаря своему коню и копью.
Такое мастерство, сила и мужество лежали в основе рыцарского кодекса. Свои навыки Уильям перенял от наставников, работая бок о бок с ними, он стал профессионалом.
За исключением игроков в регби, современные молодые люди не участвуют в рукопашных схватках на игровом поле и не проводят подростковые годы, обучаясь бою со щитом и копьём. Однако освоение навыков, обретение твёрдости характера и выносливости остаются необходимыми для развития. Не менее важен и выбор наставников и друзей. Они становятся частью нас, поэтому мы должны научиться выбирать их мудро.
Рыцарское благочестие
То, что сегодня некоторые называют «токсичной маскулинностью» (маскулисты или маскулинисты — это участники движения за права мужчин), показалось бы шуткой суровым рыцарям. Однако действовали силы, которые смягчили их положение и расширили значение рыцарства.
За исключением крестовых походов, католическая церковь часто с неодобрением относилась к войнам и турнирам. Она призывала королей, знать и рыцарей избегать насилия, проявлять милосердие к врагам и защищать женщин, детей, вдов и слабых.
Со временем эти учения прижились, как это видно на примере французского правителя Людовика IX (1214-1270). Будучи почти современником Уильяма, Людовик заслужил такую безупречную репутацию христианского монарха, что после смерти был канонизирован и сегодня известен как святой Людовик. Он реформировал правительство и суды Франции, основал больницы, кормил голодных, посещал больных и даже последовал примеру святого Франциска, ухаживая за прокажёнными.
Церковь также оказала влияние на Уильяма и бесчисленное множество других рыцарей. Например, в 1183 году Генрих Молодой Король, которому Уильям служил советником поневоле, заболел дизентерией во время восстания против своего отца.
Намереваясь отправиться в крестовый поход в Святую Землю и чувствуя теперь сильную потребность в покаянии, король перед смертью умолял Уильяма совершить паломничество вместо него. Через несколько месяцев Уильям отправился в эту миссию, и, находясь в Иерусалиме, пообещал тамплиерам, что на смертном одре присоединится к их ордену — обет, который он сдержал.
В работе литературоведа и критика Леона Готье «Рыцарство» 1883 года перечислены «Десять заповедей рыцарства», две из которых гласили: верить в учение Церкви и защищать его при необходимости. Благочестие стало частью кодекса рыцарей.
Женское влияние
В 1168 году королева Элеонора Аквитанская, жена англо-нормандского короля Генриха II, ехала верхом со своим дядей и сыновьями, когда на её свиту напал мятежный вассал и его люди. Её дядя был убит, но Элеонора спаслась, отчасти благодаря усилиям молодого Уильяма Маршала. Раненый и захваченный в плен, Уильям настолько впечатлил Элеонору своей храбростью и самопожертвованием, что она заплатила за него выкуп и приняла его во дворец на два года. Там он служил в различных должностях, в том числе был учителем рыцарского искусства у будущего короля Генриха III.
Это были годы расцвета, когда Элеонора и её дочь Мария продвигали куртуазную любовь (от фр. amour courtois — учтивая, рыцарская любовь), которая ещё больше усовершенствовала кодекс рыцарства. Хотя «двор любви», приписываемый Элеоноре, вероятно, вымышлен, эти две женщины сыграли ключевую роль в формировании рыцарской культуры в том виде, в каком мы её представляем сегодня. Будучи покровительницами искусства, поэзии и музыки, они принимали трубадуров и поэтов, которые объединяли свои баллады о любви с песнями о войне, тем самым добавляя романтизм к воинской этике. Мария, например, поддерживала Кретьена де Труа, автора различных произведений, в которых идеи куртуазной любви сочетались с легендами об Артуре.
Находясь в эпоху, когда прославлялись женщины, рыцарская любовь и хорошие манеры, Уильям вряд ли мог обойти стороной поэзию и баллады о рыцарях и дамах. Подобно церкви, философия рыцарской любви — которую, возможно, правильнее было бы назвать рыцарскими манерами — смягчала суровый характер рыцаря, повышала статус женщин и породила идею благородного поведения.
Эти трубадуры, поэты и рассказчики распространяли идеалы рыцарства по всей Европе, создавая песни и истории, в которых часто фигурировал рыцарь, соответствующий стандартам, установленным придворной дамой. Как пишет анонимный автор на сайте Chivalry:
«Женщины были интеллектуальными хранительницами рыцарских добродетелей и отвечали за поддержание и продвижение кодекса рыцарства».
Именно женщины устанавливали планку поведения для мужчин.
Именно в этом и заключается источник замешательства современных молодых мужчин — и, кстати, молодых женщин. В нашу эпоху, когда многие мужчины и женщины работают бок о бок, когда оба пола ценят независимость, а традиции вежливости и ухаживания кажутся заброшенными почти до полного исчезновения, рыцарский кодекс может показаться столь же устаревшим, как шляпные булавки и гетры.
Идеалы, к которым следует стремиться
Однако, возможно, есть выход из этого хаоса.
В эссе «Зеркало чести и любви» Софи Массон указывает, что и мужчины, и женщины могли бы извлечь пользу из принятия рыцарских идеалов и манер. Рассматривая работы Кристины де Пизан, жившей столетие спустя после Уильяма и писавшей в защиту женщин, Массон отмечает:
«Рыцарство, практикуемое как мужчинами, так и женщинами, было способом раскрыть свой полный потенциал…, но всегда связанным с присутствием, потребностями и ценностью других людей. Рыцарство как мужское, так и женское, признавало, что каждый из нас действительно является хранителем своего брата или сестры, но также мужественно ответственным за собственные поступки. Это идеал, который приобретает всё большее и неотложное значение в современном мире».
Что касается Уильяма, он умер так же доблестно, как и жил. Заболев и получив от врачей предупреждение о скорой смерти, будучи наставником регента Англии, он позаботился о том, чтобы оставить юного короля Генриха III в надёжных руках. По мере ухудшения здоровья он попрощался с семьёй и друзьями, которые навещали его в королевских покоях.
Элизабет Чедвик, автор серии романов-бестселлеров об Уильяме, пересказывает трогательную сцену между Уильямом и его женой Изабеллой де Клер, которая во многом воплощает характер этого человека. Впервые эта сцена появляется в L’Histoire de Guillaume le Maréchal — стихотворной биографии объёмом в 19 тыс. строк, созданной по заказу вскоре после смерти Уильяма.
«Он должным образом принёс клятву тамплиера, что означало, что он больше не мог принимать объятия женщины. Изабель больше не могла утешать его своим прикосновением. В Histoire есть невероятно трогательная сцена прощания между Изабель и Уильямом, где он просит её поцеловать его в последний раз, потому что она больше никогда не сможет этого сделать. Граф, который был щедрым, нежным и добрым к своей жене, сказал ей: “Прекрасная леди, поцелуй меня сейчас, потому что ты больше никогда не сможешь этого сделать”. Она подошла и поцеловала его, и они оба заплакали».
Рыцать Уильям Маршал был и остаётся человеком, достойным подражания.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
