Кампания призывала органы власти всех уровней «привыкнуть к трудным временам» и сократить расходы. Этот призыв становится всё более распространённым на фоне ухудшения экономических перспектив страны.
По мнению экспертов, эта последняя волна жёсткой экономии свидетельствует о более глубоком кризисе, из-за которого местные органы власти и госслужба Китая испытывают растущее напряжение. По их мнению, основная причина этого — необходимость защитить стабильность в условиях экономического спада. По мере того как финансовые ресурсы по всей стране истощаются, то немногое, что остаётся, направляется на основные инструменты контроля — полицию, спецслужбы и армию.
«[Всё] перенаправляется на поддержание стабильности», — рассказала The Epoch Times бывший чиновник, работавший в ведущем китайском агентстве по экономическому планированию.
Она попросила называть её госпожой Линь, чтобы сохранить её личность втайне.
«Поддержание стабильности» — термин, используемый компартией для обозначения тактики подавления инакомыслия, слежки и сохранения исключительной власти Коммунистической партии Китая.
От роскошных банкетов до уличных продуктовых лавок
«Теперь это стало “крайне левым”, — сказала Линь. — Забудьте об официальных банкетах [за счёт налогоплательщиков] — даже частные ужины теперь требуют предварительного согласования. Члены компартии должны отчитываться, если хотят собраться за ужином».
Элитные рестораны, которые когда-то часто посещали партийные чиновники, теперь практически пустуют. Шеф-повара и официанты вышли на улицы, чтобы продавать уличную еду и ланч-боксы, просто чтобы выжить. Пышные торжества незаметно сошли на нет.
«Больше всего страдают продавцы алкоголя. Никто больше не покупает байцзю, красное вино и даже пиво», — говорит Линь.
В прошлом ведущие китайские производители спиртных напитков были печально известны тем, что «поставляли» продукцию чиновникам компартии, и все расходы ложились на плечи китайских налогоплательщиков. Это считалось символом коррупции в стране.
Линь работала начальником отдела в городе, подведомственном провинциальному отделению Национальной комиссии по развитию и реформам— главного органа экономического планирования партии, который определяет экономический рост Китая и обладает огромной властью в вопросах промышленной политики и планирования инфраструктуры.
Бюджеты сокращаются
По словам Линь, жёсткая экономия — это лишь один из симптомов более масштабного финансового кризиса. Из-за растущего уровня задолженности и сокращения продаж земли — основного источника доходов местных органов власти, местные органы власти партии с трудом сохраняют платёжеспособность.
«В более бедных провинциях, таких как Тибет, Гуйчжоу или северо-восточные провинции, более 60% финансирования поступает из центрального бюджета, — объяснила она. — Но даже у центрального правительства заканчиваются средства. [Местные] власти просто не могут больше продавать землю, потому что стоимость недвижимости резко упала».
Она привела в пример случай в своём районе, когда компанию обвинили в связях с организованной преступностью. Финансовые департаменты как на уровне района, так и на уровне города боролись за конфискацию их активов, чтобы покрыть дефицит. Даже зарплаты в государственном секторе теперь зависят от займов у больниц или городских инвестиционных компаний, которые закладывают активы для обеспечения банковских кредитов.
«Система просто заимствует из одного кармана, чтобы пополнить другой», — сказала Линь.
Не имея возможности полагаться на традиционные источники дохода, некоторые местные органы власти прибегли к агрессивным штрафам. Линь отметила, что из-за высоких цен на бензин люди стали меньше ездить на автомобилях, и теперь китайская дорожная полиция дежурит на перекрёстках, выслеживая велосипедистов без шлемов — за это легко можно получить штраф в размере 50 юаней (7$).
Государственные служащие пострадали
В лучшие экономические времена работа в государственном секторе Китая предполагала щедрые льготы, включая субсидии на жильё и транспорт, премии в конце года в размере полугодовой зарплаты, 13-я зарплата и многочисленные ежегодные поощрительные выплаты.
«Те времена прошли, — говорит Линь. — Даже премии за хорошую работу задерживают или отменяют. Учителя не получили премию за прошлый год, а в этом году ситуация ещё хуже».
Даже те, кто служит в силовых структурах, не застрахованы от этого. Линь рассказала, как Бюро общественной безопасности Китая, столкнувшись с нехваткой финансирования, наняло большое количество сотрудников вспомогательного персонала, которым платят в основном штрафами.
Китайский правозащитник, проживающий в США, Чэнь Гуанчэн также сообщил The Epoch Times, что экономический спад в Китае заметно сказывается даже на элитных подразделениях.
«За одним моим другом постоянно следили сотрудники госбезопасности. Они ездили на одних и тех же поездах и летали одними и теми же рейсами, останавливались в соседних отелях. Теперь они переезжают в более дешёвые отели или вообще перестают следить за людьми. Не из добрых побуждений, а потому что не могут себе этого позволить».
Сокращение расходов для одних, стабильность для других
Независимый китайский учёный У Цзуолаи недавно опубликовал в X, что он разговаривал с чиновниками среднего звена компартии, которые не строят никаких планов по выходу из партии, а скорее готовятся к затяжному кризису.
«В условиях реального кризиса, по их словам, ресурсы [китайского] государства будут отдавать тем, кто находится внутри системы, и защищать ключевые города, — написал У. — Военные и полицейские силы будут первыми, кто [получит финансирование]».
Другой бывший чиновник побеседовал с The Epoch Times на условиях анонимности и поддержал это мнение.
«Репрессивные меры Министерства финансов [в отношении расходов] на самом деле направлены на перераспределение средств для поддержания стабильности, — сказал бывший чиновник. — [Они] сокращают расходы, чтобы поддержать основные интересы правительства и членов его аппарата».
Другими словами, во время этого кризиса средства компартии будут по-прежнему направляться на благо основной олигархии и на поддержание полного контроля над государством.
Массовое недовольство
По мнению Линь, растущее общественное недовольство существующим неравенством неизбежно.
«Магазины закрываются повсюду. Кинотеатры закрыты. Даже местные продуктовые магазины не могут выжить, — сказала она. — У молодых людей нет работы, и они живут за счёт родителей, которым всё ещё нужно выплачивать ипотеку и кормить свои семьи».
Она предупредила, что общественность обеспокоена.
«Сейчас в обществе царит атмосфера ненависти. Есть опасения по поводу внутренних конфликтов».
Кому в Китае жить хорошо
Линь сказала, что единственный сектор, который хорошо себя чувствует в условиях этого кризиса, — это вооружённые силы Китая.
«Даже младшие офицеры зарабатывают более 10–20 тыс. юаней (1400–2800 $) в месяц, получая отличные льготы и компенсацию расходов на медицинское обслуживание».
Для сравнения: местные чиновники зарабатывают меньше половины того, что получают военные. Аналитики считают, что по мере того, как экономика Китая будет приходить в упадок, финансирование будет всё больше направляться в учреждения, способные поддерживать стабильность власти партии, даже в ущерб базовым государственным услугам и общественному благосостоянию.
По словам бывшего чиновника, который на условиях анонимности побеседовал с The Epoch Times, жёсткая экономия — это нынешняя тактика компартии по выживанию, и только некоторым суждено выжить в этом кризисе.
Ли Юаньмин участвовал в подготовке этого доклада.
__________
Чтобы оперативно и удобно получать все наши публикации, подпишитесь на канал Epoch Times Russia в Telegram
