Мастера гончарного промысла: Главное – это уметь любить то, что ты делаешь, тогда этому смогут научиться и другие

Авторам репортажа удалось узнать, почему эти искренние, добрые люди выбрали именно этот путь и что для них значит гончарный промысел.

– Иван, что привело Вас к гончарному искусству?

И.Б.: Моя жизнь в детстве протекала в деревне, и у меня была возможность наблюдать за тем, как природа уникальна и неповторима. Допустим, чтобы сделать из глины гуся, необходимо знать, какой он: его пластику, особенности. Потому что, чтобы сделать игрушку, мало просто изготовить из сырого материала предмет, нужно сделать его живым, вдохнуть в него жизнь.

– Что Вы имеете в виду?

И.Б.: Я говорю о том, чтобы игрушка в руках стала тёплой и легла в них так, чтобы возникло некое душевное тепло.

– С чем связан именно такой подход?

И.Б.: Это связано с историей возникновения гончарного искусства. Очень много лет люди шли к тому, чтобы создавать такие вещи, которые будут не просто дополнением к интерьеру или частью посуды, а некой частью самой жизни человека. Потому что от ненужных вещей появляется беспорядок.

– Это именно та идея, которую Вы вкладываете в создание своего творчества?

И.Б.: Идей много. Одна из них — это вложить как можно больше любви и тепла в каждую вещь, которую делаешь. Чтобы ребёнок взял игрушку, которая не похожа ни на одну из тех, которую он раньше видел, и сказал: «Это козлик», и мог играть с ней часами, не уставая от нового образа, проникаясь заботой и оберегающей любовью.

– Вы говорите об образе, скажите, каково главное направление Вашего творчества?

И.Б.: Мы с женой Ириной очень близки к тематике Дымковской игрушки. Выбор пал на этот вид искусства, потому что я заметил, что огромная простота и одновременно мудрость заложена в этом стиле. Что бы ты ни сделал, всё очень органично и легко становится продолжением самого человека.

Приведу пример. Что бы ни стояло на столе, где бы ни проходила выставка, всегда подходят девушки, берут крынку и прижимают её к себе так, словно там молоко. Это говорит о том, что тело помнит, что именно ему удобно и как нужно держать хрупкие предметы.

– Вы говорите о хрупкости вещей. Я бы очень беспокоилась, если бы моя дочь находилась тут, это было бы опасно для ваших вещей.

И. К.: Это значит, что нужно больше доверять своему ребёнку. Дети очень аккуратны с игрушками, мы наблюдаем уже более 20 лет за ними в нашей школе.

– Вы преподаёте?

И. К.: Безусловно, мы хотим передать наш опыт светлым чистым людям, для нас важно, чтобы это искусство жило.

– Расскажите, как это влияет на детей?

И. К.: Прежде всего, в детях всегда больше света, любви, терпения и понимания, чем мы иногда думаем.

Вы беспокоитесь, что ребёнок разобьёт игрушку. Но если он спокоен и знает, что способен крепко держать её, то в жизни он сможет обращаться ещё бережней с более тонкими и хрупкими вещами. Как он будет помогать младшим, если его движения грубы? От природы дети гибкие и быстро приспосабливаются к окружающей среде. Наша задача – вырастить ребёнка уверенным в себе, без страха, умеющим думать не только о себе и своих желаниях, но и о других.

– Это одна из главных задач при работе с глиной?

И. К.: (Смеется). Главное – это уметь любить то, что ты делаешь, тогда этому смогут научиться и другие, глядя на тебя.

– Мы очень благодарны вам за тёплый и искренний приём. Всего вам самого доброго!